Дачников скоро не будет?

Фото Владимира Мокротоврова

Владимир Мокротоваров на тему на «дачную тему»

Все же быстро летит время. Кажется, недавно записал беседу со своим соседом-дачником. Благодатное лето тогда каждое утро являлось во всей красе, а теперь за окном слякотная зима… Перечитал тогдашние записи и решил, что какой-то интерес они представляют. Но это лучше всего решат читатели, на суд которых и выношу эти заметки.

Всё хорошо, когда рано встаешь. Тишина кругом, солнце поднимается в розовой одежде, еще не жгучее, а ласковое и с улыбкой. Еще до его восхода проснулась иволга. Вот и теперь сидит она на ветке грецкого ореха, внимательно осматривает все кругом и время от времени подаёт голос. Я с радостью слушаю её, и слышится мне в её короткой песне: «Ты  — здесь?..» Тихо выхожу на открытую солнцу садовую дорожку. Желтая певунья, похожа на ласковый солнечный луч, присевший на ветку отдохнуть, все видит. Теперь её песенка заканчивается одобрением: «Ты здесь?.. Хорошо – хорошо!..»

Простенькая, но милая песенка иволги, видимо, пробудила и соседа.

— Привет! – машет рукой Степанович. – Как отдыхалось?.. Слышишь, и иволга рада, что мы рано встали.

После чая начался обычный круговорот работ: поливка, рыхление, сбор урожая… Время проходит быстро. Между тем солнце начинает припекать всё сильнее и сильнее. И когда пот начинает заливать глаза и капли его всё чаще прокладывают себе дорогу на лице, поневоле приходится делать перерыв.

-Володич, свежего, холодного кваса хочешь? – и не дожидаясь моего ответа пошёл в дом.

У соседа много цветов. Как-то я спросил его: зачем, мол, столько да ещё самых разных? И несколько удивился его ответу:

«Цветы не только красота, но и часы, — увидев моё удивление, тут же разъяснил: — Да-да! Я много раз проверял. Понаблюдай и сам. Огородный осот раскрывает цветы в 6-7 часов утра. Следующий час «оповестит»  колокольчик, 8-9 часов – ноготки. В полдень закроет цветки полевой осот, а в 2-3 часа дня – картофель и цикорий. К 17 часам сожмут лепестки ноготки, чуть после – лютики, кувшинки. После всех устраивает побудку ночная фиалка. Она раскрывает цветки после 9 часов вечера… Вот только в ненастье эти часы отказывают: сырость мешает… Кстати и птицы помогают определить время. Начал свою песню соловей, значит наступил третий час ночи. Почти в это же время пробуждаются иволга и синица, а к 4 часам – овсянка. Чуть позже встрепенется скворец: он снимается с гнезда в 4 часа утра. Одновременно с ним  — трясогузка. Один воробей спит до 6 часов утра…»

— О чём задумался, детина? – вернул меня в действительность сосед. – Не о судьбе ли 60 миллионов садоводов и огородников?

-Откуда же это число взял?

— Ну, это ещё с советских времён известно, — Степанович сделал паузу, рассматривая газетную страницу какого-то издания. – Дачников в России с нового года не будет!

— Как это не будет? Куда же они денутся?

— А вот так! Я специально вырезку из газеты принёс, потому что ты, да и масса других садоводов и огородников, не знаешь, что ждёт с 1 января 2019 года. А новшеств будет немало. – Степанович приладил очки и начал читать вырезки, подчёркнутые им красным фломастером. – Если сейчас существует около десятка разных кооперативов, товариществ и прочих объединений, с нового года их будет только два: садоводческое некоммерческое товарищество (СНТ) или огородническое некоммерческое товарищество (ОНТ). Дачников в России больше не будет. Поэтому сегодняшним объединениям после 1 января стоит поменять устав в новой редакции (примерная форма с комментариями выложена на сайте и в соцсетях Профсоюза садоводов России). Рекомендуется прописать две важные юридические тонкости: «реорганизация проводится в связи с вступлением в силу ФЗ № 217» (Федеральный    закон № 217 «О ведении гражданами садоводства и огородничества для собственных нужд…») и новое «товарищество является правопреемником предыдущего». Преемственность необходима, чтобы все документы, которые были ранее получены при выделении земли юрлицам под садоводство, огородничество или дачное хозяйство, были действительны. Иначе есть риск всем товариществам оказаться самостроем, который заставят сносить за свои же деньги. Особенно бдительными стоит быть тем, чьи дачи расположены в самых лакомых местах, вблизи городов, где земля стоит больших денег».

Сосед поднял очки на лоб и внимательно посмотрел на меня.

— Мы не можем без реорганизаций.

— А какие ещё изменения будут?

— Основных всего шесть. А массу мелких трудно перечислить… К примеру, полтора года давалось на то, чтобы все оформили права собственности на дом и землю. Если строения нет в Росреестре, владельцев заставят его снести. Чтобы избежать этого, надо срочно проводить межевание участка и регистрировать в реестре землю и дом…

— Ну, для нас это уже пройденный этап.

— законодатели грозились заставить всех платить взносы не в кассу товарищества, а перечислять на расчётный счёт, чтобы контролировать денежные потоки садоводов. Но добились одного: теперь взносы можно и перечислять и платить в кассу. Но это надо особо отметить в новом уставе товарищества.

-Слава Богу, — невольно вырвалось у меня. – «Контролировать поток» — это первый шаг к тому чтобы залезть в кассу садоводов.

— Но, пожалуй, главная опасность для садоводов все же изменения в выборах председателя и правления. Теперь они избираются не на два года, а на пять! По новому закону председателя сделали единоличным исполнительным органом. Это очень опасно, потому что есть как хорошие и добросовестные руководители, так и вороватые и злоупотребляющие.

— За такими у нас дело не станет. Их хоть пруд пруди…

— Ты послушай, что ещё ожидает нас. Вот где нужно держать ухо востро! – Степанович пробежал глазами колонку текста. – Ага, вот… Новый закон разрешает командовать товариществом не только его членам, но и посторонним людям из управляющей компании. Это будет очень напоминать работу УК многоквартирных домов, с которыми мы уже знакомы. И аппетиты у УК могут быть разными. Если директор захочет иметь зарплату под сто тысяч рублей в месяц, выплачивать её будут вынуждены садоводы. Нет денег? Тогда продавайте свой участок и завязывайте с садоводством. Чтобы не допустить такой ситуации, сохраняйте товарищество и коллектив, не позволяйте чужакам управлять вами…

Невольная тишина наступила сама собой. Вспоминались вечные распри с управляющими компаниями, постоянно возрастающие поборы с владельцев квартир… Теперь и на дачах житья не дадут?

— Мы же как привыкли? Лишь бы меня не избрали, — сосед вздохнул и добавил: — Теперь за молчание и равнодушие придётся платить большие деньги!.. Как говорил Козьма Прутков: зри в корень!

— Может лучше вообще не связываться с товариществами? – сам собой возник вопрос.

— Ни в коем случае нельзя отказываться! – мгновенно вынес свой вердикт Степанович. – Даже если участки и дома единоличников будут зарегистрированы, без юридического лица их могут признать самостроем.   Только коллективно можно защитить свои права на землю и строения.

— Ну, а как же тем, кто сейчас не состоит в садовых кооперативах? Таких ведь немало…

Ответить на вопрос сосед не успел: к его участку подошёл старик. Я часто видел его приходящим к своей даче. Причём всегда в окружении собак, тех самых, которые неистово облаивали всех прохожих и преследовали до ворот дачи. Теперь же они ласково повиливали хвостами и преданно смотрели на худого и совершенно седого старика. Он добродушно поклонился и приветливо поднял очки.

— А, Петрович! – поднялся сосед. – Привет, привет! Заходи – гостем будешь!..

Старик обернулся к сидящим собакам.

— Спасибо, что довели! Теперь идите отдыхайте.

Разношёрстная стая четвероногих грустно посмотрела на на старика и нехотя пошла к началу улицы.

Степанович пошёл открывать калитку, а я смотрел на пришельца. Удивительный был старик. Всегда доволен, всегда счастлив. Глаза его тихо сияли удовлетворённостью в жизни, довольством другими и самим собой. « Я счастлив тем, что всю свою жизнь любуюсь солнцем, небом, природой и добрыми людьми», — вспомнились мне его слова, сказанные в беседе с соседом лет десять назад.

— Как они не нападают на тебя? = отодвигая щеколду, говорил сосед.

— Каждая божья тварь хочет жить в мире с другими. Только надо стать добрым. Они всё чувствуют…

— Ты хочешь сказать, что я не добрый? – Степанович даже приостановился.

— Не только к близким надо быть добрым, — уклонился от прямого ответа Петрович.

Он сел на скамейку и не отказался от холодного кваса.

— Кстати, Петрович, тут вот статья о будущем дачников, — разглаживая газетный лист, посмотрел сосед на гостя. – Ты ведь ни в каком товариществе не состоишь?

— Бог миловал. – смиренно посмотрел старик на Степановича.

— Небось, боишься, что правленцы найдут сорняки да оштрафуют?

— Боже упаси! У меня всегда порядок. Я ведь терпеть не могу без работы быть. Я всю свою жизнь в деле был и люблю, чтобы, знаете, оно у меня в руках кипело. И сколько у меня этих дел перебывало – не перечесть! Со всем с Божьей помощью управляюсь.

— А что без Бога не можешь работать?

Старик внимательно и осуждающе посмотрел на Степановича.

— Господь Праведный во всём нам помощник и советчик! Всем, а не только мне…

— Но не даром же говорят: на Бога надейся, а сам не плошай?

В глазах Степановича уже, как говорится, чёртики бегали и ироническая улыбка то и дело растягивала его губы:

— Может быть, конечно, у вас свой Бог. Как у хлыстовцев. Нард говорит: «Хлыщу, хлыщу – своего Бога ищу!»

— Господь один для всех! – строго ответил Петрович.

— Один-то, один, да только вы ему служите? Вы же церковь не признаете и на дух не переносите церковных святых, никогда не обращаетесь к ним за помощью, не приемлете крещение младенцев, — Степанович начал загибать пальцы, будто ведя счет озвученным прегрешениям. – Не молитесь за умерших, не признаете мощей святых. К тому же вы не признаете икон.

Петрович, до этого с кроткой улыбкой на возбуждённого обличителя внецерковников, перебил его речь:

— Мощи – это просто прах человека, а иконы – идолопоклонство.

— Ты вот мне скажи: Иисус Христос был на земле?

— Конечно был!

— Хорошо. Он, кстати, и родился на земле. И матерь его тоже была человеком, а не духом или незримым существом. А это значит, что и Матерь Божья и её дитя Иисус Христос имели человеческий облик, т. е. были у них и руки и ноги, и тело, и лицо, которое можно было изобразить, да? Вот люди запечатлели его образ, а по нынешним временам — портрет. Так какой же Иисус Христос идол, если он был конкретным человеком? Со своим обличьем. Ты заметил: на всех иконах изображено одно и тоже лицо? Наверное, он так и выглядел, потому что первые, скажем так, живописные портреты его появились когда ещё были живы те, кто видел Господа на земле – и знали, как говорится его в лицо.

И другие христиане, причисленные за своё искреннее служение Богу, показавшие образцы человеколюбия и добродеяния к лику святых, были конкретными людьми. Так что и они никак не могут быть идолами… Идол – это что-то вымышленное, а святой – это конкретный человек, жизнь отдавший ради общего блага.

Сосед во время своей долгой речи даже встал и ходил по небольшой беседке. Петрович так же смиренно смотрел на него и лицо его было совершенно спокойным. Он, видимо, уже не раз слышал подобные обличения.

— Ну, вот ты признаёшь, что было 12 апостолов, которых наставлял сам Иисус?

Тот кивнул в знак согласия.

— А ведь это тоже были люди, каждый со своим лицом. В знак особого уважения простые смертные запечатлели их образы… Если ты, как говорится, нормальный человек, то у тебя есть портреты отца, матери… Ты на них смотришь в критические минуты и будто разговариваешь с ними, поверяешь им свои мысли, заботы, просить у них совета и помощи. Они что тоже идолы?

Петрович сложил руки на коленях и куда-то смотрел поверх головы разгоряченного Степановича, как будто там, в небесной выси он хотел найти подтверждение правильности своего понимания основ религии:

— Где Бог, там и жизнь. Все мы под одним Богом ходим!

— Конечно, под одним, — охотно согласился Степанович. – В конечном счёте и смотрим в одном направлении, да только через разные окна. У вас окном с решёткой сплошных запретов: на икону не смотри, святых не почитай, не крестись, крест не носи, десять процентов от своих доходов отдавай пастырю… Ты что такой богатый, что вынужденный налог платить?.. За что? Ты даже из садоводческого товарищества вышел, чтобы взносы не платить. За чертой бедности и из-за этого живёшь.

Петрович замахал руками:

— Мне много и не надо! Бог поможет.

— Вот заладил: «Бог поможет! Бог поможет!» Жить то тебе сколько осталось, в нищете и умрёшь! – Степанович глубоко вздохнул, — А вот насчёт товарищества ты серьёзно подумай. Послушай, что говорят об индивидуалах: «Если вы не является членом товарищества, поссорились с председателем или хотели сэкономить на взносах, лучше проситесь обратно в садоводческое товарищество. Если сейчас вы тратите только на «коммуналку» (свет, вода), по новым правилам будете платить как все, в том числе за работу председателя и правления». В законе так и написано: лица без участия в товариществе «обязаны вносить плату за содержание имущества общего пользования, текущий и капитальный ремонт объектов капстроительства, относящихся к имуществу общего пользования и расположенных в границах территории товарищества, за услуги и работы товарищества по управлению таким имуществом»… Мало того, для индивидуалов плата будет выше. По статье 251 Налогового кодекса от налогообложения освобождаются только членские и целевые взносы. Учитывая, что индивидуалы находятся на договорных, им придётся приплюсовать сверху шесть процентов. Отказался платить – товарищество вправе взыскивать платежи в судебном порядке… Вот такая вот петрушка.

Сосед свернул газету и посмотрел на Петровича. Тот сидел молча, теребя старую бейсболку. Лицо было скорбным и, кажется, еще больше постаревшим.

— Ну, что загрустил?.. У тебя, кажется вчера был день рождения? – Степанович достал кошелёк и взял их него тысячерублёвку. – Поздравляю тебя, живи долго и будь здоров!

Я тоже достал такую же купюру и протянул гостю. Старик робко и тревожно переводил взгляд то на Степановича, то на меня. Слезинки медленно сползали по щекам. И вдруг опустился на колени:

— Спаси вас, Господь! Бог в помощь в трудах всяких!

Он клал поклоны до земли, но не крестился. Степанович поднял его.

— Ну что ты, что ты! И тебе Бог в помощь. Заблудший ты и несчастный. Вылезай из угла в который тебя загнали твои пастыри, загородили от людей. Взираешь на мир из подворотни… Помидоры, огурцы есть у тебя? А то нарви…

— Если чего и нет – Бог поможет!

Степанович сострадальчески покачал головой, ничего не сказал. Довёл гостя до калитки, постоял, посмотрел вслед старику, который, опустив голову, ухолил всё дальше и дальше.

— А я не знал, что он — сектант, — начал было я.

— Да какой он сектант? – кажется даже с некоторой злостью тут же откликнулся сосед. – Хороший человек… Есть у них свой маленький молельный дом. Собираются вместе, поют религиозные песни… В большинстве своем они равнодушны к обогащению. Не знаю, как пастыри ведет себя в этом отношении. «Бог» Кузька – яркий пример стяжательства. Большинство же радуются тому, что живут… Кто про Бога часто думает, разве может быть плохим человеком? Читают Библию, стараются жить, как Христос велел. Кот только от людей отгородились, оторвались… А России сейчас особенно нужно единство.

Не скрою, таким возбуждённым я ещё не видел соседа. Искренний и правдивый, он всегда отличался добротой и человеколюбием. Случас, скажем так, с инакомыслящим это полностью подтвердил. Этого-то нам и не хватает.

— Вот выбросят его из дачников из-за нищеты, Что он будет делать, как жить?

Степанович посмотрел на безлюдную уже улицу и заговорил вновь:

— Да, заблудшие они. А ведь тоже русские, но без церкви. На отшибе… Я давно уже читал письма знаменитого Грибоедова. Он любил ходить в церковь. Запомнились его слова: «Только в храмах божьих собтраются людт: думают и молятся по-русски. В русской церкви я  — в Отечестве, в России! Меня приводит в умиление мысль, что те же молитвы читаны были при Владимире, Дмитрии Донском, Мономахе, в Киеве, Новгороде, Москве; что то же пение одушевляло набожные души. Мы – русские только в церкви, а я хочу быть русским»…

Шрифт

Изображения

Цветовая схема