моторная фото

Валентина Моторная: СЛОВО О ЧЕЛОВЕКЕ

В моей домашней библиотеке целую полку, немаленькую, занимают книги, книжки, буклеты, сборники наших каневских авторов; есть авторы и из других районов, из краевого центра. Почти все они – с дарственными надписями, что вызывает какое-то затаённое чувство удовлетворения и гордости. Больше всего на этой полке книг внезапно ушедшего Валентина Александровича Цветкова.


Свою первую работу – «У слияния трёх рек» – он подарил мне в 1994 году, последнюю – «Тайны и явь» – в 2016-м, последнем году его жизни. А между ними были другие, которые он дарил с тёплыми дарственными надписями, способными удовлетворить любое тщеславие того, кому предназначен подарок. Но я не тщеславна и хорошо знаю, что слова посвящения, написанные им, – не дежурная любезность, а искреннее

признание уважения. Думаю, где-то подспудно он хотел, чтобы я им гордилась.

Мне это было понятно – в 60-е годы 20-летней девчонкой я пришла работать в хуторскую школу, где ученикам моим было от 10 до 16 лет, а учителя в школе были все пожилые… Наша небольшая разница в возрасте не стала поводом для фамильярности, но большое уважение, а может, и что-то большее, в наличии было.

май 2015 (5)

Валентин Цветков, так и не ставший для меня Валентином Александровичем, уже тогда привлекал внимание в общей массе хуторских ребят своей «нездешностью», какой-то внутренней сдержанностью, интеллигентностью – стройный, подтянутый, аккуратный, он уже тогда обращал на себя внимание, будущий «Ален Делон». (Кстати, эта интеллигентность, обозначившаяся ещё в детстве, сохранилась на всю жизнь – ни разу не слышала, чтобы он ругнулся, даже в самой сложной ситуации, как это бывает у мужиков; чтобы он повысил когда-нибудь голос – наверное, это было ниже его достоинства).

Собственно, он и был нездешним – родители его, медработники, по прихоти судьбы были заброшены на хутор, где дорога в райцентр была обычной пыльной грунтовкой, а зимой, когда непролазная грязь замерзала, до райцентра ходил «собачий ящик», образно названный хуторянами грузовик с деревянной будкой, исполнявший роль маршрутного такси, которым пользовались и фельдшер, и мы, молодые учительки, и все, кому надо было в райцентр.

Он учился у меня два года, в 7 – 8 классах, и сочинения его тоже отличались от других – хорошей речью, грамотным изложением мысли, умением анализировать и систематизировать факты будущей работы. Уже тогда в нём просматривались задатки будущего гуманитария.

Но после окончания восьмилетки Валентин поступил в техникум… автодорожный. И на какое-то время исчез из поля зрения.

Он окончил техникум и некоторое время даже работал в автотранспортном предприятии. Но, очевидно, «рука судьбы вела его другим путём», и он пришёл на радио. Где-то годов до 80-х район имел собственную радиосеть и корреспондента, который делал радиопередачи и осуществлял радиотрансляции для жителей района. Будучи редактором радио, Валентин Цветков объехал весь район, делал репортажи, зарисовки, интервью – работа на радио стала для него школой журналистики.

А потом пришли времена, когда радиопередачи вдруг стали ненужными, как и многое другое в нашей изменившейся жизни. И радиожурналист Цветков, сменив микрофон на перо, в 1987 году пришёл в редакцию районной газеты «Заря коммунизма». И мы стали коллегами.

С тех пор и до самого последнего дня своей жизни он оставался журналистом. Он писал заметки, репортажи, очерки, не единожды объездил район… Но, очевидно, этого ему было мало, ему нужно было что-то ещё; то, что захватило бы его полностью. Этим «что-то» стало краеведение.

Оценивая сейчас пройденный им творческий путь, думаю, что ему ближе была поисковая работа, работа историка-краеведа, ищущего и изучающего найденные факты и события, чтобы открыть людям то, чего они не знают или не замечают, а после благодарно пользуются плодами труда современника, сумевшего проникнуть в глубины прошлого.

Так появилась его первая, ставшая необходимой учителям-краеведам, школьникам, исследователям книга «У слияния трёх рек», очерк об истории нашего района.

А потом была «Хроника жизни Ф. Щербины», «Книга рекордов Кубани», «Земляки», «Приближение прошлого» и многие другие, за каждой из которых стояла большая поисковая работа, и где он полностью реализовал свой дар историка-исследователя. А вот сборник «Серые ленты дорог», где он осветил будни работников автотранспорта, стал благодарной данью памяти его первой профессии, о которой он с теплотой вспоминал, как о путёвке в жизнь, школе жизни, предтече его будущей большой работы.

Творчество Валентина Цветкова вызывает глубокое уважение – более 18 книг написал он о нашей станице, ставшей ему, уроженцу предгорья, родной и любимой. Он искренне любил нашу станицу, был в постоянной работе и поиске, и творческие планы его, увлекательные и обширные, обещали читателям новые открытия. Увы, им не суждено было сбыться…

Конечно, говоря о Валентине Цветкове, нельзя не сказать о нём и как о человеке. А он и человек был неплохой. Не знаю, были ли у него враги (у каждого они бывают), но очень сомневаюсь в том, что он когда-то кого-то обидел. Он был человеком коммуникабельным, очень доброжелательным, сдержанным, порядочным. Его уважали коллеги, и многие из них, приезжая в редакцию, заходили именно к нему в кабинет, чтобы обсудить проблемы – профессиональные, международные, личные…

Он и другом был хорошим, никогда не отказывал в помощи нуждающемуся…

А ещё он был хорошим семьянином, вырастил двух сыновей, внуков; бережно любил свою жену, тоже Валентину, а проводив её в последний путь, недолго страдал от одиночества, ушёл к ней.

А ведь он был полон творческих и общечеловеческих планов, мой ученик, коллега и друг Валентин Цветков.

К сожалению, был…

Просмотров: 304